Статья продолжает цикл работ автора по проблеме глобальной голоценовой активизации. Исследование выполнено на стыке геологии и метеоритики, в рамках модели пульсационно расширяющейся Земли. По этой модели Земля развивалась с позднего плейстоцена в ритме сжатия. На рубеже плейстоцен – голоцен она подверглась бомбардировке потоком крупных астероидов и сменила орбиту, сместившись ближе к Солнцу. Сжатие с этого времени резко усилилось, земная кора была активизирована с вспышкой континентального орогенеза, активизировалась глобальная трансгрессия. Астроблемы рассматриваются как составные части вмещающих геологических систем; они являются индикаторами старта голоценовой активизации. Приведены доказательства того, что большинство известных астроблем сформировано на рубеже плейстоцен – голоцен единым потоком астероидов. На примерах астроблем Южной Африки и Евразии исследованы их взаимосвязи с голоценовыми орогенными системами – с их тектоникой, вулканизмом, флюидодинамикой, речной сетью. Показано, что глобальная активизация существенным образом изменила природную среду. В результате на рубеже плейстоцен – голоцен начался «взрыв» человеческой цивилизации.

Представлены результаты исследований, проведённых на стыке геологии, спелеологии и археологии. Пещера рассматривается как составная часть вмещающей геологической системы. На представительных примерах показан характер взаимосвязей пещер со структурами континентальной коры Евразии, Африки и Северной Америки. Работа выполнена в рамках модели пульсационно расширяющейся Земли. По этой модели на рубеже плейстоцен–голоцен наша планета подверглась бомбардировке потоком астероидов, после чего перешла в режим импульсного сжатия, с резкой активизацией орогенеза в начале голоцена. Пещеры с находившимися в них культурными слоями палеолита–неолита были при этом деформированы. Их деформации рассматриваются в качестве индикаторов голоценовой активизации.

Статья продолжает цикл публикаций по индикаторам голоценовой активизации. На примерах Волги и Амура с их притоками, реки Раздольной исследовано взаимодействие речной сети с голоценовой орогенной системой Альпийско-Гималайского и Тихоокеанского подвижных поясов Евразии. Речная сеть конформна их орогенной системе. Приведены примеры контроля речных долин активными разломами. Исследовано влияние рек на формирование рельефа. Показано, что рыхлые осадки взброшенных в голоцене мезозойско-кайнозойских рифтогенов активно разрушаются речной сетью и синхронной площадной эрозией со срезом до многих сотен метров. Поднятия на обрамлении рифтогенов и их внутренние поднятия, сложенные крепкими домезозойскими породами, эродированы слабо. У многих из них контрастный, неравновесный рельеф. Исследование проведено в рамках разрабатываемой автором модели пульсационно расширяющейся Земли.

На основе выполненных ранее расчётов интенсивности облучения Земли на верхней границе атмосферы с высоким пространственным и временным разрешением подтверждено, что повышение уровня Мирового океана в течение, по крайней мере, последних 130 тыс. лет (в микулинскую/эмскую межледниковую эпоху и в позднеплейстоцен-голоценовое время) связано с тёплыми фазами климатической прецессии. На основе расчётов экстремумов интенсивности летнего/зимнего облучения в фазах климатической прецессии в Северном полушарии уточнены даты причин формирования дропстоунов (слоёв Хейнриха), которые соотносятся с экстремумами климатической прецессии и отмечаются в океанических осадках как в межледниковые, так и в ледниковые эпохи. Эволюция уровня океана и океаническая седиментация в интервале последних 130 тыс. лет определяется, прежде всего, гляциоэвстатическими колебаниями, связанными с изменением температурного режима, который в основном регулируется вариациями интенсивности облучения Северного полушария в цикле климатической прецессии. В то же время отмечается требующая решения проблема слабого присутствия прецессионного цикла в бентосном δ18O стеке орбитально настроенной схемы/модели LR04, составляющей в настоящее время основу геохронологии и климатостратиграфии неоплейстоцена и голоцена. Начало ближайшей тёплой фазы климатической прецессии ожидается около 5,5 тыс. лет н. э. Максимум этой фазы будет приходиться на 11,5 тыс. лет н. э., когда ожидается очередное значительное повышение уровня океана.

Получены статистические характеристики изменений интенсивности годового и сезонного облучения на верхней границе атмосферы пятиградусных широтных зон Арктического региона в неоплейстоцене. Не выявлена связь интенсивности годового и сезонного облучения пятиградусных широтных зон с эксцентриситетом земной орбиты, однако выявлена положительная заметная связь интенсивности летнего облучения и отрицательная интенсивности зимнего облучения с изменением наклона оси и долготы перигелия. Максимальный размах колебаний зимней интенсивности облучения в Арктике с географической широтой в неоплейстоцене заметно (на 10,211 Вт/м2) уменьшается, в то время как максимальный размах колебаний летней интенсивности облучения с географической широтой слабо (на 4,3 Вт/м2) увеличивается. Коэффициент корреляции летней интенсивности облучения и долготы перигелия в неоплейстоцене с географической широтой уменьшается, а с наклоном оси вращения – увеличивается. Модуль коэффициента корреляции зимней интенсивности облучения с долготой перигелия уменьшается, а с углом наклона оси – увеличивается. Максимальный размах изменений интенсивности годового и сезонного облучения пятиградусных широтных зон в неоплейстоцене на 1–2 порядка превышает максимальные вариации показателя δ18О изотопно-кислородного анализа донных фораминифер, что показывает необоснованность использования его значений для решения задач геохронологии и климатостратиграфии неоплейстоцена.

Термическая эволюция криолитозоны в осадочном разрезе Тюменской сверхглубокой скважины СГ-6 численно восстановлена с использованием программного пакета ICE2020, представляющего часть системы моделирования плоских бассейнов ГАЛО. Термическая эволюция осадочной толщи в последние 3,5 млн лет рассматривается как заключительный этап моделирования бассейна, формирование которого началось с континентального рифтогенеза в поздней перми. Резкие изменения климата в позднем плиоцене–голоцене привели к снижению температуры пород на 15–20 °C в верхних 1–1,5 км осадочного разреза скв. СГ-6. Максимальная мощность криолитозоны в исследуемом районе составляла около 711 м и достигалась около 2,6 млн лет назад. Для последнего ледникового периода (23–18 тыс. лет назад) максимальная мощность криолитозоны в районе скв. СГ-6 достигалась около 14,5 тыс. лет назад, составляя около 412 м. Согласно моделированию, в настоящее время основание криолитозоны в том же районе находится на глубине около 311 м, и сама зона деградирует со скоростью около 13 м/1000 лет. Результаты расчётов с базой климатических данных, ограниченной последними 50 и 100 тыс. лет, заметно отличаются от результатов моделирования с полной базой данных за последние 3,5 млн лет.

Кривая изменения палеоклимата Южно-Карского бассейна за последние 250 млн лет, необходимая для численной реконструкции его термической истории, была построена с использованием данных из большого числа исследований, посвящённых изучению палеоклимата арктического сектора Западно-Сибирского бассейна. Для периода с 260 по 65 млн лет назад построение кривой палеоклимата основывалось на серии палеотектонических реконструкций изучаемого района; построение климатической истории кайнозоя опиралось на детальное исследование вариаций климата Евразии за последние 65 млн лет; история резких колебаний климата для последних 3,5 млн лет строилась на основе информации ряда работ, посвящённых изучению палеоклимата региона в плиоцен-четвертичное время. Поправка к палеоклиматическим данным, обусловленная температурным влиянием ледникового покрова при его ограниченной толщине, не должна превышать ошибки в определении самих данных.

Каждому периоду эволюционного процесса становления на Земле биосферы соответствовала своя форма почвообразования: гидроземная (подводная), атмоземная (болотная) и литоземная (сухопутная). Древнее болотное почвообразование кроме депонирования биомассы приняло участие в формировании кислородсодержащего состава газовой оболочки планеты и выходе организмов из водной среды на сушу. Болотообразовательный процесс и образующиеся болотные почвы в прошлом и в настоящее время выполняют одинаковые биосферные функции и должны включать в понятие «торфяная почва» весь генетический профиль до подстилающей минеральной породы. На примере центральной части Западной Сибири рассмотрен процесс заболачивания на протяжении периода голоцена как единый, необратимый, поступательный процесс сопряжённых изменений их биотических и абиотических компонентов, что обеспечивает автономность в развитии и сохранении болот как особого типа биогеоценотического покрова Земли. Показано, что различия, проявляющиеся в закономерностях развития болотных комплексов, приуроченных к разным ботанико-географическим зонам и подзонам, выявляют хронологические рубежи трансформации болотных биогеоценозов эвтрофных типов в мезотрофные и олиготрофные.

Поводом для написания статьи стало выездное заседание секции «Музеология» МОИП 22 декабря 2022 г. для ознакомления с постоянно действующей в Доме культуры г. Струнино выставкой «Прошлое и настоящее животного мира Владимирской области». Первоначальной задачей статьи был анализ ситуации с переездом на новое место хорошо известного в Москве научно-просветительского и познавательно-развлекательного музея «Ледниковый период», созданного в 2004 г. на основе богатейших палеонтологических коллекциях, собранных Национальным Альянсом Ф.К. Шидловского в ходе многократных экспедиций на северо-восток Якутии, Чукотку, Алтай и Южный Урал. В 2004–14 гг. музей функционировал на ВВЦ как научно-экспозиционный центр, который не только популяризировал знания о животных ледникового периода, но и предоставлял уникальные экспонаты для исследования учёным-палеонтологам. Затем создатель музея нашёл подходящее место для размещения крупногабаритных экспонатов в г. Струнино Владимирской области, но предстояло решить, как, продолжая комплексную просветительскую и исследовательскую деятельность, обеспечить широкую посещаемость музея в удалённом от Москвы месте. Деятельность незаурядного энергичного человека, преданного значимой общественной цели, оказалась связанной с глубоко уходящими в историческое прошлое страны корнями. Поддержка конкретного начинания стала важна для осуществления комплексного проекта музейного, культурного, научно-образовательного характера, вплоть до перспективы развития региона.